СЕРЕД БОЛІТ

«Среди широких степей, в многих местах еще девственных, незнакомых с плугом и серебрившихся ковылем-травой, в исключительно земледельческой губернии, лишенной промышленности и слабо заселенной, при слиянии двух маленьких речушек, на их низких болотистых берегах затерялся город Харьков.

Город был, можно сказать, весь деревянный и сильно и часто страдал от пожаров. Но не только от огня, страдал он и от воды. После ливней, а главным образом после половодья, его речонки нередко выходили из своих низких, не обделанных берегов и затопляли дворы, улицы, площади и левады, причиняя немало бедствий и образуя в низких местах никогда не просыхающие болота и озерки. Грязь в городе бывала невылазная, только самые главные улицы были вымощены, остальные не имели мостовых, а часто и тротуаров.

Река Харьков в то время была относительно чистой: на ней в Журавлевке стояло много купален зажиточных обывателей, а один из губернаторов любил по ней кататься в лодке. Река же Лопань, загрязненная шерстомойками и спуском нечистот из города, и тогда уже сильно огорчала харьковцев своим зловонием.

В деревянных домиках, потерявшихся в садах, среди улиц, тонувших в грязи и освещавшихся кое-где масляными фонарями (керосина тогда не было) и лишь в центре в виде диковинки несколькими спирто-газовыми, а больше небесными светилами, в общем жизнь протекала тихо. В обычное время оживлялась она разве только кабаками, которых было очень много на каждой улице и в которых

всегда бывали посетители — мужчины и женщины, и вследствие этого большим количеством пьяных, шатавшихся и порою валявшихся по улицам. Другим шумным проявлением жизни были кулачные бои. По сравнению с прежним временем их значение и блеск померкли, но и в течение 60-х годов они бывали, и мещане продолжали мерять свои силы со слободчанами при участии знаменитых бойцов.

Таким был Харьков в 1861 г.» (С.Игумнов).