БЛАКИТНИЙ КІНЬ

Как-то летом 1958 года прохожие на Сумской оказались свидетелями любопытного зрелища. Со стороны парка имени Горького мимо здания обкома партии на предельной скорости проследовал автомобильный кортеж: впереди два черных «ЗИМа», за ними — несколько «Побед», сопровождаемых двумя десятками мотоциклистов в шлемах и белых крагах. Милиция ошеломленно брала под козырек. Начальство всполошилось — решило, что не иначе как нагрянуло высшее руководство из Москвы (чуть ли не сам Хрущев, любивший внезапные наезды).

В «ЗИМах» и впрямь сидело руководство, однако не из Москвы, а руководство «Голубой лошади». Так именовалась организация, созданная годом раньше харьковскими стилягами. Не желая быть серофуфаечной массой, те называли друг друга словом «чувак» (т.е. «человек, уважающий высокую американскую культуру»), собирали самодельные записи «на костях» (использованной рентгенпленке) запретных Дюка Эллингтона и короля рок-н-ролла Элвиса Пресли, не дыша разглядывали неведомо как к нам проникшие недозволенные западные журналы с изображениями кинозвезд и репродукциями абстрактной живописи. Именно таких клеймили: «Сегодня он танцует джаз, а завтра родину продаст (или предаст)».

Органы начали обыски. Обнаружили список членов организации, включавший свыше пяти тысяч человек (!), преимущественно студентов, находившихся на весьма хорошем счету, да еще родители которых занимали видные посты. Пока тянулось следствие, на заклеймение отщепенцев нацелили прессу.

«Комсомольский прожектор»:

За спиной у комсомола бьют стиляги в медный таз, слышны звуки рок-н-ролла и надрывно воет джаз. Размалеванные густо, здесь на труд плюют, острят, здесь абстрактное искусство и разнузданный разврат. Слышен запах заграницы, и девицы и юнцы — голубые кобылицы, голубые жеребцы.

«Комсомольская правда»:

«Раболепное подражание морали буржуазного Запада, нравы «золотой молодежи» были свойственны и компании «Голубая лошадь»... Пусть эти бездельники едут туда, где улицы только прорубаются, где закладываются фундаменты зданий, где жизнь еще сурова и нет соблазнов. Там они воспитаются в труде лучше, чем в Харькове или, скажем, Киеве, Ленинграде, Тбилиси».

Отреагировали и в мире. Об этом регулярно вещал «Голос Америки». Американская ассоциация студентов выделила для поддержки своих харьковских собратьев крупную сумму в долларах, от которых руководитель организации отказался — иначе оказался бы платным агентом иностранной державы.

Обвинительное заключение на восемнадцати страницах машинописного текста составил харьковский юрист, которого после этого дела перевели в Киев следователем по особо важным делам прокуратуры Украины (кстати, именно он вскоре написал заключение по делу знаменитого кинорежиссера С.Параджанова). Приговор вынесли в 1959-м: лидеры «Голубой лошади» получили от полугода до трех с половиной лет. Десятки ее рядовых членов были исключены из комсомола и вузов (впрочем, через несколько месяцев их восстановили), их родителей лишили должностей и наказали по партийной линии. Харьковский процесс против стиляг был единственным в СССР.